Таряник А.И:

Уважаемые друзья, поверьте, за последнее время в бахчисарайском районе происходило несколько важных для нас событий, на межконфессиональной религиозной почве. Это [во-первых] связано с рынком азизлер. Неактивная, я считаю, позиция властей, прежде всего, типа того, что «пройдет само, пронесет, как-нибудь…», привела к тем столкновениям, которые, в общем-то, страшные, я вам хочу сказать. [Каких властей? Пан Таряник на то время возглавлял районный совет, соответственно можно рассматривать как самооценку и признания за собой вины за произошедшее.] [Во-вторых] Начинают скапливаться тучи и вокруг Свято-Успенского монастыря. [Кто же их скапливает? Ведь официальных заявлений от мусульманской стороны не выдвигалось.] [В-третьих] У нас было строительство по Голубинке, где строительство двух совпало…православной и мусульманской общин о строительстве храма. Мы решили вопрос благодаря Владыке Лазарю и муфтию мусульман, господину Эфенди. Ну, и конечно, Партии регионов, я имею ввиду, Гриценко там был, и он приезжал на Успенский, приезжал в Бахчисарай. [Как всегда вопрос решился уступкой православных( отказом строительства в данном историческом месте) под нажимом местных экстремистов и государственных чиновников различного масштаба.] И еще четвертая не очень нравится позиция, но она уже не с мусульманами связана. Пещерный город опять под скит отводит Успенский монастырь, но ошибся на 400 метров. Вот все согласования сделал, а в другом месте строит. Там никому это особо не мешает, кроме как культурному наследию. И будут даны все согласования и опять не на то, но, ладно.

До революции на этой территории было два независимых входа. До революции это никому не мешало, это все мирно существовало, а потом советская власть все это объединила в одну территорию, назвала это историко-культурным музеем, разместила психоневрологический диспансер на территории и Успенского и мусульманской территории, кроме самого Свято-Успенского монастыря.

…

Госакт был выдан на эту территорию. [Кому?] После этого в 91-м году монастырь попросил согласно указа президента здания, их ему вернули, дали в пользование, не на баланс, а просто в пользование. После этого он запросил дать ему землю. И вот тут произошли те события, которые сегодня не дают правильно подходить к оценке этой ситуации, найти правильное решение. С одной стороны есть на эту землю один государственный акт, его никто не отменил. И выдали другой акт. То есть выдали этот акт, надо было отменить тот. Это не сделали, ни с какими комитетами не посогласовали, ни градостроительный, ни по земельным. Силовым политическим решением был выдан монастырю госакт. Но мы его признаем, я сразу еще раз хочу подчеркнуть, что администрация, районный Совет, городской Совет, – мы признаем этот госакт, к которому есть претензии. И мы не собираемся забирать у него ничего, ни подавать в суд, но каково дожно быть дальше решение? В этом госакте написано, что вот эта дорога, [показывает на карте] которая ведет к Успенскому, является собственностью государства, находится на балансе историко-культурного заповедника. Есть договор, который подписали архимандрит Силуан и историко-государственный музей, где признали (вот у меня копия договора есть), что дорога принадлежит музею. После этого, когда сделали этот акт на 46 га, эту дорогу площадью 0,65 га написали в совместное пользование. Дорога дана в совместное пользование. Такого понятия, как совместное пользование (можете посмотреть Земельный Кодекс Украины) в законодательстве нет. Потому что не согласовано с Комитетом по земельным ресурсам, ни с кем. Акт выдали, как захотели, так и написали. И вот теперь спрашивается, как решать вопрос? В законодательстве такого нет, но дорога есть. Как понимать это совместное пользование? Мы говорим: давайте тогда пересматривать и записывать, это должно быть названо сервитут – право прохода, но этого не написано. МЫ предлагаем: давайте будем считать, что сервитут, давайте запишем это в акт, что будет сервитут. Ну, вот по-другому нет.

Но на сегодняшний день вопрос даже не в этом – ради Бога, никто никому вроде не мешает. Проблема, где поставить святые врата. Святые врата стояли где-то в этом месте [показывает на карте], здесь магазин сейчас находится. Это ученые дали заключение, геодезисты. Но не будешь же на месте магазина ставить. Предлагается поставить здесь [показывает на карте] Но это перекрывает сегодня всю дорогу, по которой ходят и православные, и мусульмане, и другие (караимы и т.д…). Мы говорим: вот поклонный крест монастырь поставил Успенский, давайте на этой дороге, еще километр до монастыря поставим врата. Говорят «нет, они тут не были». Но они и тут не были. Разница: сюда 50 м, сюда 25 м. И вот этот участок земли примерно 100 м. Сегодня он стал камнем преткновения. Мы встретились с архимандритом Силуаном. Кстати у нас нормальные рабочие отношения, это газета «Русичи» там поднимает все … а у нас норамально, мы встречаемся. Мы говорим: «Ну, что делать?». Он говорит, я построю вот эту дорогу, переезд через Чурук-су, то есть восстановлю старый вход. Прекрасное решение, я с ним согласился, не только я, все, кто были. Спросили муфтия, вот мы так сделаем. Он говорит: может и надо, я не знаю, но на сегодня у нас существует одна дорога. А архимандрит Силуан примерно так говорит: я все сделаю, но ворота впереди., и подается вопрос: дайте разрешение на строительство ворот. Таким образом под одними православными воротами мы предлагаем пройти всем конфессиям. Потому что другого пути нет. И в этой ситуации он говорит: я сниму кресты, сниму православную символику с них, а мусульмане отвечают: все равно, мы считаем это для нас оскорбительным. Я не знаю: оскорбительно это на самом деле или не оскорбительно. Мы начали искать решение этому вопросу. Мы говорим: давайте сделаем вот тут проем, обозначено зеленым [показывает на карте], вот тут клумбочку посередине, и будет отдельная дорога. Вот врата ставьте, хоть где и не было, но ставьте, но вот тут дорогу. Нет, отвечают – мы будем думать, они еще думают: разрешить ли проход для мусульман или загородить, и все-таки заставить под воротами пройти.

Далее вопрос, в чем там про суд. Заметьте, я хочу заявить следующее, что ни одного совещания, ни одного заседания, сессии, исполкома, ни администрации, ни районного, ни городского Совета по вопросу Свято-Успенского монастыря не было и не проводилось. И мы не собираемся проводить, мы собираемся решить проблему. Была встреча с муфтием. Кто-то, и я, на встрече прямо сказал, что говорить будем исходя из того, что этот акт на 46 га действует. Иначе не выйдет у нас правильное решение. Есть. Нравится вам не нравится, кому не нравится – обращайтесь в суд. И вот после этих моих слов «обращайтесь в суд», как это так, он посмел сказать обращаться в суд. Но, простите, не на базар же обращаться, а куда же обращаться, если решать вопрос, только через суд если добровольно не можем найти.

Можно еще чуть-чуть пододвинуть врата, площадь сделать чуть больше для торгующих. Возник вопрос о торгующих. Вот где сегодня стоят 30 работников торговли. И хотя там один политик сказал, это крымско-татарские стоят, мы посчитали, сегодня должен был быть Кретов, городской голова, он нас полностью поддерживает, коммунист, кстати, ну у него сегодня там несчастный случай произошел, он остался… Он говорит, это не моя идея, я поддержал ее, он говорит монастырю, давайте вот эту часть земли отдайте городу, а мы вам такую же прирежем еще землю. Нет, мы тоже этого не хотим. Я Кретову сказал: решай, либо добровольно, либо через суд. Опять эти слова «через суд» вызывают, что Таряник, председатель районного Совета требует суда и давит на Успенский монастырь. Это было на встрече сказано.

Сегодня с Успенским монастырем ведется работа, нормальная работа, я благодарен им, что мы сотрудничаем. Но вот какой из этих вариантов принять решение, я не могу еще пятый придумать. Кстати, на территории монастыря находятся мастерские историко-культурного заповедника. Он их тоже вместе с землей готов безвозмездно отдавать, чтобы только решать и снимать все эти вопросы.

Вот ситуация крутится вокруг этого. Как должно быть? что должно быть? Сегодня трудно определить, потому что нету такого желания у многих встретиться и порешать вопросы.

Что я хотел бы еще отметить. Я хотел бы отметить, что у нас есть взаимопонимание в районном и городском Совете, за исключением тех, кто поддерживает,… прихожане в основном монастыря. Но у нас есть понимание и с партией «Русский блок», у нас есть понимание и во фракции «Блок «За Януковича», кстати, возглавляет ее глубоко верующий человек Давыдченко. У нас есть встречи с коммунистами (районной партийной организацией коммунистов), мы все это обсуждаем и говорим о том, как думаем решить. Я благодарен, что к нам приезжали и на события, и на Успенский монастырь Гриценко Анатолий Павлович, был и Плакида, Лично я его водил и Гриценко, показывал суть этой проблемы. Я благодарен от Партии регионов, которая этим занималась, Киселеву Василию Алексеевичу, который тоже приезжал. Партия регионов: Цеков и Кнырик. Я благодарен, хочу сказать спасибо Владыке Лазарю, который приезжал, муфтию мусульман Крыма Эмир-али-Эфенди, архимандриту Силуану, Папазовой Людмиле Федоровне – юристу, который защищает интересы Свято-Успенского монастыря. Нам сегодня, чтобы выходить с этой ситуации, нужно этот же акт законно переписать [Что значит переписать. Государственные акты не переписываются, это гос. чиновник должен знать.]

описать сервитуты, сделать градостроительное обоснование, посмотреть, что еще добавить. Свято-Успенскому монастырю нужно землю отдать, может даже больше. Вопрос еще и в другом: все монастыри всегда имели свое ограждение, ворота и вели там свой полузакрытый или закрытый образ жизни. Сегодня не решен у нас вопрос с проблемой дороги, которая ведет к Чуфут-Кале, мусульманскому кладбищу. Люди на экскурсиях идут, вы меня простите, в шортах, там же работают монахи. Это не должно так, это не вяжется. Монастырь имеет право полностью загородиться, и там где считает нужным проводить экскурсии – согласовать эти экскурсии. Но государство должно понимать, что так оставлять нельзя. Нужно другую дорогу думать, или в объезд через город. Нужно довести работу до конца. Тогда будут довольны и те, кто находится на службе в монастыре, и мусульманская община, кстати она ни к кому никаких претензий и не выдвигает. Кроме одного, не пойдем под этими воротами, больше ничего. И вот нужно ли бить сегодня друг другу до крови, заставить это делать или нужно найти решение этого вопроса. Вот вся суть проблемы и я не ввязываюсь там в политические высказывания, для меня это понятно одно, начинаются выборы, другие дела. Что касается газеты, у меня тоже претензий нету по Свято-Успенскому монастырю. У меня есть выписки газеты «Русичи» - пишут разную ложь. И если Алексий II благословил газету, то не редактора, я уверен, и не на ложь, чтобы печатали. Я попросил, прекратите печатать, они продолжают. Ну, а куда подать? В суд. Я не закрыть газету, я попросил дать опровержение. Но они продолжают печатать. Уже четвертый выпуск подряд. Тогда я во втором исковом заявлении сказал «закрыть газету», тут они всполошились. Вспомнили, что и Виктор Федорович благодетель, и православием занимается. Вспомнили и что компартия занимается, но не хотят идти на открытый разговор. Интервью у меня не хотят брать, то есть однобоко рассуждают на эту тему, ну, пишут разную небылицу: то у меня земля где-то какая-то большая есть, то я во время событий убежал куда-то запрятался, хотя хроника есть и свидетельствует об обратном. Эти вещи я бы хотел, чтобы они убрали. Но я не привязываю сейчас газету и проблемы Успенского монастыря. Вот у меня все.

..........

– В декабре 2005 года председатель райгосадминистрации Ильми Умеров сказал, что там как раз-таки конфликт идет не на межнациональной, не на межконфессиональной основе, а по вопросу торговли. То есть можно ли судить о том, что за два года конфликт перерос из экономического в межконфессиональный? И какое в таком случае дальнейшее его развитие? ... Вот сами крымские татары выступают против строительства ворот и однозначно, они не трогают проблемы рынка. На рынке работают 20 славян, 10 крымских татар. На территории Свято-Успенского монастыря они находятся. Либо монастырь 1325кв.м из 46 га отдаст городу и мы рынок там делаем, либо, если он не хочет, пусть он сам с ними и разбирается. Архимандрит Силуан так и сказал, я сам с ними, с торгующими, разберусь. Каким образом я не знаю, это его территория. Но сегодня торговля отошла на второй план. Вопрос идет о строительстве ворот: если мы его решим, торговлей будет заниматься Свято-Успенский монастырь. Власти туда не идут, ни районные, ни городские. Мы не отстаиваем интересы торговли, потому что территория Свято-Успенского монастыря. Если он нам передаст, тогда другое дело. Мы попросили: давайте эти ворота чуть дальше отодвинем на 15 метров и на этой площади разместим торгующих, но опять предложение не проходит.

– Можно предложение внести? А не имеет ли смысл перенести магазин для того чтобы снять вообще эту конфликтную ситуацию?

– Нет, но… Значит будем сносить магазин. Так пусть монастырь тогда скажет, что он отказывается строить ворота. Точно получим данные, тогда вернемся к этому вопросу осенью. ... Что касается торгующих, можно попытаться изменить еще где-то границы монастыря, опять-таки, чтобы оставить торгующих, нет, пусть уходят. Сегодня не торговля камень преткновения, в конце концов, помогайте нам, они на вашей территории стоят, пишите нам письмо: просим принять правильное решение или как, потому что любые наши действия могут быть опять истолкованы и перевернуты как угодно. Приходите, будем вместе думать, что с ними делать. Сейчас самый главный вопрос: приостановите до выяснения просить у властей разрешения на строительство Святых врат. Все, если вы останавливаете – мир и спокойствие. Получаем мы потом бумаги, которые были на самом деле, давайте будем садиться и решать вопрос. Что касается плана – совершенно верно, мы обратились в правительство Януковича, прошли многие согласования, лежало у него уже где-то в кабмине выделение 1 млн. 900 тыс. грн. на корректировку генплана старой части города, куда входит и Свято-Успенский монастырь. Все знают об этом. В последний момент нам зачеркнули и эти деньги отправили на ремонт лифтов 12-тиэтажных домов. Мы опять будем биться за это, мы опять будем использовать политическую ситуацию, сейчас все поедут просить голоса, будем просить эти деньги. Согласен, что нужно закрыть, в хорошем смысле слова монастырь, и дать им спокойную жизнь. До тех пор, пока мы этого не сделаем, у нас будут проблемы. Или давайте делать новый вход, там же они стройку ведут, вы говорите, государство помогает. Ага, Турция помогает, полтора млн. долларов дала, это так, чтобы все знали. Но тем не менее ходят эти машины с грузами, возят строительные материалы только вот по одной этой единственной дороге, вот в чем проблема. Давайте решать это круглым столом. Но не надо сталкивать сегодня людей, казаки с одной стороны готовятся, молодые татары с другой. Из-за чего, я хочу сказать, что воды кому-то не хватает? На земле что-то творят, из-за этих ворот, которые мы сами толком не знаем где были, столкнуть народ из-за этого? Посмотрим на Ирак, на Иран… Что творится, шииты, суиты… Не хотелось бы чтобы из-за этих ворот в Бахчисарае такое началось, это не так уж серьезно, эта ситуация, как она сегодня нагнетается.

 

Кнырик С.В:

– Несмотря на то, что основной темой конференции была газета «Русичи», но все присутствующие понимают, что более важной является тема Свято-Успенского монастыря. Что касается свято-Успенского монастыря, то вот даже юрист монастыря, «Русская община» к слову последовательно с 2000 года стоит на защите монастыря и я как председатель на всех событиях там присутствую. И сегодня наметилось то, что Людмила Федоровна назвала точками соприкосновения. То есть идет диалог, идут круглые столы, идут переговоры. За последние 5-6 лет впервые такой позитив. И вдруг, вот я вернусь к газете «Русичи»: мы прекрасно понимаем, что депутаты Бахчисарайского районного Совета кому выгодно остановить этот позитив, кому выгодно то, что происходит в газете «Русичи»? Я Павла Буцая знаю также уже лет семь, знаю эту газету. Поэтому, относясь с большим уважением к этой газете, глубоко убежден, также как убеждены большинство членов фракции «Блок «За Януковича» и большинство в районном Совете, что газету ввели в заблуждение, доставили заведомо неправдивую информацию, и люди верующие естественно горя желанием защитить использовали это на страницах своей газеты. Я бы на месте Павла Буцая принес извинения не Александру Ивановичу, а депутатам Бахчисарайского районного Совета, потому что его публикации ставят под сомнение наш выбор – мы единогласно год назад избрали Таряника на пост председателя. И на прошлой сессии буквально неделю назад заслушали годовой отчет и выразили снова ему доверие. Городской Совета сегодня впервые может за несколько созывов, (а в том созыве я был депутатом городского Совета) районный и городской Совет работают с полным пониманием. Всегда было какое-то противостояние. Сегодня мы находим ответы на вопросы, которые не находились годами в Бахчисарае.

…смысла у всех не допустить то, что было в прошлые годы, продолжить то, что было в этом году, будут результаты и они уже видны, поэтому просьба к журналистам объективно освещать то, что происходит в обществе. От вас зависит очень многое.

 

– Скажите, пожалуйста, кто учредитель этой газеты?

– Учредитель Союз православных граждан Украины. А учредителем Союза православных граждан Украины являюсь я, также Надежда Полякова, Виталий Кауров, там несколько учредителей.

– Так а на кого вы жалуетесь, на себя?

– Я жалуюсь… Я жалуюсь? Я не слышал от себя слов жалобы… Редактор делает то, что он хочет.

– Тогда редактору, какой смысл это делать?

– Редактор находится вне политики. Хотя честно сказать, можете взять последние выпуски газеты «Русичи», скорее не православная газета, а политическая. Я лично убежден, что непроверенные документы, письма поступили в газету и Павел Буцай не проверил их. Вот много лет он мне звонит: «Сергей Владимирович, 1000 газет на Бахчисарай хватит?», я говорю: «хватит». Мы распространяем эту газету, я ее знаю, как свою собственную. Ни одного звонка с момента этих публикаций ко мне Павел Буцай не сделал, и ни в чем со мной не посоветовался, а я все-таки имею к этому отношение.